Порог пророка

Прекрасный мир, в котором почти всё автоматизировано, а люди могут заниматься наукой и искусством, не особенно затрудняя себя работой. Но и в этом  далёком светлом будущем есть люди, которым хочется сразиться с окружающим миром, потому что они ощущают свою ненужность ему. Встреча с Первым Роботом, созданием людей, во всём превосходящим своих творцов, вызывает в них желание подраться с ним, ведь он воплощает всё, что их сломило.

Любой человек, собирающийся совершить преступление, может заранее отбыть наказание. Для этого допреступника высылают на каторжную планету, где у него нет никакой гарантии выживания. Но тот, кто сможет отбыть срок полностью, по закону получает право совершить убийство или любое другое заявленное преступление. Почти все допреступники гибнут на каторге или отказываются от своего намерения. Отбыть срок авансом полностью, вернуться на Землю и получить свое законное право на преступление удаётся только одному человеку в среднем раз в 11 лет. Когда же с каторги вернулись сразу два допреступника, Крэндол и Отто, это стало событием.

Земляне, в особенности правители государств, как этого и следовало ожидать, доигрались и устроили-таки заваруху с печальными последствиями. И хотя в этом нет ничего поэтичного, именно одинокий марсианский поэт пытается помочь возродить и отстроить заново земную цивилизацию в пост-апокалиптическую эру.

На корабле Толстяка Уэлша и Тощего Лейна были неполадки. Барахлил инжектор. И долететь до Земли не было никакой возможности. Пришлось совершать аварийную посадку на Луне. Но при посадке корабль приятелей угодил в некую пещеру, явно искусственного происхождения.

К Нельсону Силверсмиту обращается некто, по имени Теренс Магджинн, с заманчивым предложением — выполнить любые три желания. Сознательно приучивший себя подавлять недоверие, Силверсмит высказывает желания и получает то, что заказал, а вместе с ним призовые пять желаний. Но и за ними следует продолжение. И вот Силверсмита посещает бич богатых людей — скука...

Кристиан Харолдсен с раннего детства был признан Творцом. Ему доверили  создавать свою музыку, запретив слушать чужую. И кара за нарушение была страшна и неминуема.